КРУГОВОРОТ НЕНАВИСТИ

РАССКАЗ Е. Батешов

Красиво весной в степи. После длинной зимы солнце, словно решив показать свою силу и мощь, начинает обильно поливать своими лучами степные просторы. Все живое радо приходу весны, и только парящий высоко в небе орел, кажется, со всем безразличием встречает весну. Этот царь степей, может быть, в глубине и рад наступлению теплых дней, но в его глазах ничего невозможно прочитать, взгляд его холоден.

Недалеко от небольшого степного озера сделало стоянку кочевое племя кипчаков. И там, и здесь были поставлены юрты, женщины варили еду. Мужчины чинили оружие. Звучала домбра. Дети играли в свои беззаботные игры, лишь только два сына Едыге Кобланды и Сартай, сидя на траве, о чем-то разговаривали.

Наступила длительная пауза. Сартай торжествовал победу, но не хотел обидеть брата, не стал смеяться над Кобланды , а лишь только, сходив в юрту, принес отцовскую саблю, стал ее точить.

Кобланды поднялся с земли и побежал в юрту, Сартай остался точить отцовскую саблю. Иногда он начинал ею размахивать. Солнце весело играло на лезвии. Настроение у Сартая поднялось, он чувствовал себя взрослым, сильным батыром, которого невозможно победить. “И пусть трепещут джунгары скоро вырасту я , и забудут они слово покой”, - думал Сартай.

В это время им любовался отец Едыге, который сейчас поил лошадь, он очень любил своих сыновей, был рад , что они дружны и всегда помогают друг другу. Едыге сам мог часами играть со своими детьми, боролся, бегал вместе с ними, он мечтал, чтобы из его сыновей выросли бесстрашные и сильные джигиты славного рода кипчаков.

Из юрты вышла Гульнар – старшая дочь Едыге, она крикнула Сартаю, чтоб он наконец, шел в юрту, но Сартай отказался, его больше интересовала острая сабля.Взгляд Едыге от Сартая перешел к Гульнар, и только сейчас заметил, что его любимая дочь из простой девченки превратилась в красавицу. Черные брови полумесяцем, большие карие глаза, толстая длинная коса, казалось, были специально созданы для того чтобы ими все любовались.

Думая об этом, Едыге вдруг обратил внимание на тучу пыли, которая с каждой секундой приближалась все ближе и ближе.

Едыге вскочил на лошадь и помчался вскачь в сторону своей юрты за оружием, крича, что идут джунгары. В ауле поднялась паника: женщины хватали детей, мужчины готовились отражать нападение. Но было, кажется, поздно, кипчаков застали врасплох. В это время передовая конница джунгар ворвалась в аул, сжигая юрты, убивая не только не успевших вооружиться мужчин, но и стариков, детей.

Для Едыге все остальное происходило в какие-то доли минуты: запылала юрта, из неё выбежала испуганная жена Едыге и сын Кобланды. Джунгарский воин, не раздумывая , наотмашь ударил острой саблей по женщине, кровь брызнула во все стороны. Растерявшись Кобланды остолбенел и, не веря своим глазам, стоял перед телом матери.

Проклятый джунгарин не обратил внимание на испуганного мальчишку, его заинтересовала кипчакская девушка, которую он пытался затащить на своего коня. В этот момент к нему подбежал Сартай, чтобы ударить врага отцовской саблей, но джунгарин ловко увернулся и сам ответил ударом. Сартай упал возле матери. Кобланды, наконец, очнувшись, попятился назад, развернулся, начал убегать, но его нагнал другой джунгарин и ударил дубинкой. Мальчик отлетел в сторону и больше не поднимался.

Едыге , на глазах которого происходила вся эта трагедия, взревел диким голосом и готов был голыми руками сцепиться с врагами. Неожиданно острая стрела пронзила грудь Едыге. Потеряв равновесие, он упал на землю и умер.

 

Душа его , медленно отделившись от тела, стала подниматься вверх. Едыге ничего не мог понять: он увидел лежащее внизу свое тело, пробитое стрелой. Недалеко лежали окровавленные тела жены и сына, рядом – его второй сын, который, кажется, начал приходить в себя. Дочь , любимую дочь, джунгарин увозил с собой.

Его продолжало нести вверх. Едыге все еще пытался сопротивляться, пока силы не покинули его, и он не впал в беспамятство. Через некоторое время в сознании стали возникать моменты его недолгой жизни, когда он еще мальчишкой играл с ребятами, когда стал юношей , и впервые вместе с мужчинами своего рода оборонялся и совершал набеги в стан врага. Неожиданно перед его глазами возник тот момент, когда он во время одного из нападений на джунгар, не раздумывая, разрубил саблей старика, который не убегал,. как все, а посылал проклятия, махал безобидной палкой, пытаясь ударить Едыге. Едыге забыл об этом случае и никогда его не вспоминал.

Когда видения прекратились, Едыге очнулся, он не мог понять , сон это был или бред; вся жизнь пролетела за несколько минут, зафиксировав наиболее важные моменты.

Но сон не кончался, вместо этого Едыге почувствовал себя летящим в темном замкнутом пространстве. Далеко впереди виднелось светящееся неземным светом существо. Едыге показалось, что это светило обладает разумом, более того, оно не только освещало, но и грело, сочувствовало, сопереживало.

Полет резко прервался, исчезли тоннель и светящееся существо. Едыге оказался на поляне, рядом стояло огромное мохнатое животное, отдаленно напоминающее человека.

Едыге не стал сопротивляться, спрашивать, куда его поведут, он послушно пошел вслед за чудовищем. Через некоторое время стали слышны крики и стоны людей, просящих дать воды и проклинавших справедливость Всевышнего. Дикий страх овладел Едыге. Они подошли к стене с железной дверью. Чудовище открыло ее, пропустив вперед Едыге.

Едыге покорно переступил порог и вошел в комнату. Одна из ее стен была прозрачна. Он увидел цветущую поляну, красивых диковинных птиц и людей в белых одеяниях. Они были счастливы.

Среди людей Едыге заметил свою жену и сына Сартая. Он помахал им рукой, но родные не увидели его.

Едыге очутился в кипящем озере, оно было наполнено измученными людьми, здесь были люди не только желтой кожи, но и белой, и черной. Таких людей Едыге видел впервые.

Его обдало жаром, сразу же возникла сильная жажда. Едыге застонал и жалостливо посмотрел в сторону чудовища, но оно только расхохоталось и проговорило: -Это ад, обратно дороги нет, вечное не кончается, - и закрыло за собой дверь.

…Едыге не знал, сколько времени он провел в кипящем озере, несколько лет, месяцев, дней или всего несколько часов – понятие времени здесь не существовало. Все те пытки, которые были придуманы человечеством, не идут ни в какое сравнение с пыткой кипящей воды. На земле одной из самых страшных была, когда человека привязывали к земле, а под ним сажали бамбуковое семя. Бамбук вырастал и медленно пробивал человека насквозь, или же человека привязывали к столбу, а сверху на него по капле стекала вода, постепенно пробивая голову. В конце , как облегчение, всегда наступала смерть. В озере ада понятие смерть не существовало. Человек заживо варился в кипящей воде и не умирал. Так длилось вечно.

Едыге видел, как озеро все время наполнялось новыми людьми, приводимыми все тем же чудовищем. Он, как и все, умолял вытащить его от сюда. Дать воды, но чудовище даже не смотрело в их сторону ,оно молча делало свое дело и со звериным хохотом, закрывая дверь, повторяло всегда одну и ту же фразу:

Кипящее озеро все время держало людей на плаву, невозможно было ни вылезти, ни утонуть. Но все же Едыге видел, как некоторые уходили в пучину озера. После этого они больше никогда не появлялись . Наконец, и сам Едыге почувствовал, как неведомая сила потянула его вниз, он начал медленно опускаться и оказался в кромешной тьме. Появилось светящееся существо, его Едыге видел раньше, после смерти. Но сейчас светило заговорило с ним, причем заговорило не словами . а телепатически:

Едыге молча выслушал наставления сияния, ему было безразлично, куда идти, только бы не обратно в ад.

Неведомая сила снова потянула его по бесконечному коридору, пока, наконец, Едыге не очнулся в замкнутой, овальной формы комнате. Здесь было абсолютно темно. Даже узкий луч света не попадал сюда, но зато было тепло. Через некоторое время Едыге обнаружил, что он соединен со стенами этой замкнутой комнаты непонятной трубочкой.

( Хотя привязан он был каким-то удивительным образом, тело его как будто было слито со стенами комнаты). Так прошло неизвестно сколько времени. Постепенно Едыге стал замечать, что объем комнаты становится все меньше и меньше, или он становится все больше и больше. Но если раньше он мог немного свободно передвигаться по комнате, то теперь был вынужден неподвижно лежать в одном месте и том же положении, наконец ,стенки вообще сдавили его. Это постоянное чувство зависимости от неизвестных непонятных сил, которые делают с ним что хотят, это полное отсутствие своего влияния на происходящие события настолько надоели Едыге, что он начал толкать стенки комнаты, они были пористы, прогинались, но были достаточно крепки, чтобы выпустить своего пленника наружу.

Однажды стенки вдруг сами стали выталкивать Едыге наружу. Он чувствовал боль, казалось, что батыр сам своим телом пробивает дорогу на свободу сквозь узкий коридор, который все время его плотно сдавливал. Через некоторое время глаза увидели солнечный свет. Радости Едыге не было предела. Он, как заключенный, проведший много лет под землей и наконец отпущенный на свободу, обрадовался ярким лучам солнца и даже хотел крикнуть : “Здравствуй, солнце! Здравствуй, мир! Я вернулся на землю!” Но вместо этого рот начал издавать какой-то набор звуков, очень похожий на плач новорожденного ребенка. Язык не подчинялся Едыге, новое тело, в которое вошла его душа, еще не умело разговаривать. Едыге понял, что он вернулся на землю младенцем.

Рядом суетились незнакомые, усталые, но счастливые женщины. – Позовите отца, у него родился сын, славный джигит будет. Ух, какой тяжелый! – беспрестанно тараторили они.

И вот Едыге увидел огромного мужчину, бегущего к нему. Тот нежно взял его и, поднеся к своему лицу, стал целовать.

Вечером того же дня был большой той, звучали музыка и песни, гости ели мясо, поздравляли хозяев с рождением мальчика.

Новорожденный же все это время лежал в колыбели-бесыке. Хозяева боялись, что кто-нибудь из гостей, взглянув на ребенка, может сглазить его. Поэтому виновник торжества, хотя о нем только говорили, был самой незаметной фигурой на празднике.

Неожидано Едыге показалось, что силуэт знакомой девушки прошел мимо бесыка.

Едыгею захотелось крикнуть: “Гульнар, доченька, подойди сюда, как долго я тебя не видел!”

Вместо этого только противный детский плач снова вырвался из его горла. Девушка все же подошла к колыбели и стала , успокаивая ребенка, качать бесык: “Что ты , маленький раскричался, сейчас придет твоя мама, она накормит тебя, не плачь . маленький, не плачь хорошенький”.

Едыге услышал знакомую кипчакскую речь, слезы выступили у него на глазах и он продолжал говорить:

Но вместо этого: “Уа…Уа…Уа…” слышалось посреди пустой юрты.

Однажды, когда Едыге лежал в колыбели, к нему подбежал какой-то мальчишка с зеркальцем в руках и показал ему его лицо. Ужас охватил кипчакского батыра, он увидел копию своего теперешнего отца, только в младенческом возрасте: все те же узкие глаза, рыжие волосы, не было только шрама на левой щеке.

Прошло двадцать лет. В степи, возле небольшого озера шел страшный бой между кипчаками и джунгарами. Это вечно враждующие соседи приносили друг другу постоянные страдания и несчастья.

Вот и сейчас мужчины этих двух народов зверски убивали друг друга, слышались крики и стоны раненных , ржанье лошадей, удары сабель, боевые кличи. В этом сражении участвовал молодой джунгарский воин, глаза которого с ненавистью смотрели в сторону врага, рядом с ним держался его отец. Они были как две капли воды похожи друг на друга, только шрам на щеке у отца отличал их.

Юноша увидел перед собой кипчакского батыра. Он резко размахнулся и бросил копье.

Копье, пущенное с огромной силой, пробило грудь воина, и он свалился на землю. Жить ему осталось совсем немного.

Смертельно раненный Кобланды увидел высоко парящего в небе орла и ему вспомнились брат Сартай, матушка и отец, убитые джунгарами, его сестра, увезенная в плен. Все это было в далеком детстве…

Душа его стала медленно покидать тело.



(C) Батешов Ержан Асанович, Кокшетау, 1996 г., e-mail bateshov@mail.kz



counter FIDO.ONLINE.KZ


free counters